Тярве выгнали - и что дальше?



Lauku Avize.

Латвийское телевидение после "рекламных неприятностей" осталось без генерального директора. Неизвестно, кто займет кресло Тярве, что изменится к лучшему на общественном телевидении и, главное, чего от всех этих перемен ждать зрителям. Об этом рассуждает журналист радио и телевидения Янис ДОМБУРС - В какой мере в отставке Тярве с поста генерального директора Латвийского телевидения просматривается политика и каким образом появление нового генерального директора может сказаться на вашей дальнейшей деятельности как телевизионного журналиста?

- Показателем политики станет развитие событий. У передачи "Что происходит в Латвии?" высокий рейтинг и профессионализм, но если какую-то передачу со временем заменяют другой, в этот момент и начинается политика - Национальный совет по радио и телевидению (НСРТ) еще не определился с порядком выборов нового предполагаемого генерального директора LTV.. - Главным критерием для наших чрезмерно политизированных средств массовой информации может стать только одно: во главе LTV должен быть человек, который держится на расстоянии от любых политических и заинтересованных группировок. Второй важный критерий - ему надо хоть что-то понимать в телевидении - Что первым делом придется решать новому главному генеральному директору?

- Забот хватает. Сначала придется просто определить стратегию LTV: куда мы идем, на что нацелена журналистика, какие отрасли развиваем, куда вкладываем средства и чем мы ни за что не будем заниматься. В противном случае какое-нибудь коммерческое начинание станет ложкой дегтя в бочке меда общественного телевидения (а мед там, конечно, есть!).

Во-вторых, куда активнее придется вести диалог между телевидением, обществом и властью.

Особо больной вопрос - это рейтинги передач, в том числе и "Что происходит в Латвии?" Ежемесячные рейтинги передач, которые определяет Baltic Medija Fakts (BMF), мягко говоря, неубедительные. Меня смущает, что среднее количество зрителей по рейтингам BMF колеблется от 100 до 130 тыс. человек, а выясняется, что общее число зрителей - примерно 250-260 тысяч. Прошлой осенью, увидев, какую волну откликов вызывают передачи, подумал, что этого не может быть. И поэтому в декабре я как частное лицо предложил SKDS провести исследование; для сравнения заказал такой же опрос и по отношению к передачам Якубанса и Грубе. Полученные результаты не могли не удивить: SKDS доказал, что в ходе хотя бы одной из четырех передач месяца телевизоры настраивают на нее более полумиллиона человек - то есть в два раза больше. Точно такая же тенденция просматривалась и в передачах Якубанса и Грубе. Опрос SKDS, так же, как и у BMF, охватывал статистически достоверную часть жителей Латвии, по которой можно судить о всей стране, поэтому нет оснований не верить результатам. К тому же тут проявилась и другая тенденция. Не хочу говорить, что BMF жульничает, но разница в рейтингах очевидна. Похоже, придется провести основательное исследование монопольного положения фирмы или проверить, по каким критериям оценивается та или иная передача, - или же мы проведем альтернативные исследования. Не будем забывать, что на этих исследованиях базируются облик программы и цена рекламы в ней - За передачей "Что происходит в Латвии?" наблюдает общественный совет, созданный из представителей интеллигенции. Какова его роль?

- В декабре 2000 года Ояру Рубенису и Роланду Тярве написали письмо Янис Ванагс, Юрис Рубенис, Мара Залите, Янис Страдиньш, Илмар Лазовскис, Имант Зиедонис, Петерис Банковскис, Янис Рожкалнс и Алберт Белс. В письме говорилось, что не в пример общемировой практике на Латвийском телевидении нет передач, в которых шли бы дебаты. Идея была принята, и меня, который сначала ничего не знал, избрали ее ведущим. Мне было предложено создать концепцию - какими я вижу полтора часа, отведенных на эту передачу - Можно только приветствовать факт, что стараниями интеллигенции была создана такая передача. Не я, так кто-то другой "пробил" бы ее. Рельсы были проложены, осталось только поставить на них поезд - и вперед!

- Я уважаю всех этих людей, ибо редко бывает, чтобы интеллигенция могла объединиться и воплотить в жизнь какой-то проект. Но в то же время, например, я не пытаюсь вместо Лазовскиса лечить людей. С самого начала я сформулировал, что у меня есть такой же большой общественный совет - в него входят и авторы писем с дальних хуторов, и отправители посланий по электронной почте. По сути своей они и составляют общественный совет, только он не собирается вместе. Эта же конкретная группа подала идею передачи, и только поэтому собирается вместе как ее крестные родители.

Выражение "общественный совет" появилось как внутренний жаргон в силу простой причины - "инициативная группа" звучит не лучшим образом. Автоматически брошенное Роландом Тярве словосочетание "общественный совет" вне его пределов понимается совершенно превратно, он не имеет ничего общего с редакционным советом, у которого совершенно иные функции и назначение. С Тярве мы обсудили, что включить в устав инициативной группы. Будем ли мы созывать ее раз в пару месяцев и поэтому включать в титры передачи? Я исходил из того, что эта группа не представляет общество в широком смысле слова и круг ее специалистов не охватывает всех тем передачи, поэтому это будет необъективно. Ни в коем случае я не хочу лишать их признания, но, по-моему, в титрах передачи должны быть отражены конкретные участники ее создания - О спонсорстве. Кто за него отвечает?

- Тут надо выделить два уровня. На первом, государственном, уровне НСРТ определяет, что можно и какого вида передачи вообще нельзя оплачивать. Скажем, спонсирование компанией Lattelekom передачи "Деловые новости" - очень спорный вопрос. "Что происходит в Латвии?" запрещено спонсировать, но вышеупомянутая передача, пусть и по-своему, но ведет речь о том же самом. Так же, как и передача "Тема". Телефонная компания старается проникнуть всюду, куда только можно. Допускаю, что она не пытается влиять на журналистов, но надо вести речь о принципах. Знаю: на телевидении утвердилась точка зрения, что финансовое положение давит, и пусть Lattelekom платит эти десятки тысяч.

Второй уровень включает вопросы о скрытой рекламе. Важно не только смотреть, чтобы до и после передачи шло формальное сообщение о том, что передача оплачена неким "дядюшкой", но и оценивать, в самом ли деле это журналистика. Мне до сих пор неясно, что означает коммерческий сюжет. Я очень хорошо понимаю, что значит спонсорство и что значит реклама. Нам нужно высоко поднять знамя, на котором написано, что журналистика и реклама отделены друг от друга. Оплаченный сюжет - это реклама. И точка. И не будем называть его каким-то мистическим коммерческим сюжетом. Телевидение уже в середине 1990-х опустило это знамя, продолжая продавать экранное время и, судя по интервью, которое новый директор программ Балдур Апинис дал Lauku Avїze, собирается продолжать эту практику.

Плохо, что при всех своих хороших реформах LTV так и не добралось до основного - что всем независимым продюсерам приходится заказывать свои программы за деньги. Сегодня, когда им дают эфирное время, давит коммерциализация - вот тогда-то и начинается вся эта торговля. В этом и есть корень проблемы. Не скажу, когда вина падает на НСРТ, когда на само Латвийское телевидение, - сегодня все это в серой зоне.

Материалы публикуются в сокращении. Перевод Телеграфа.

Автор: Телеграф

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha